Андрей Плешу: Другой тип аполитизма

Любой ученик знает, что «аполитизм» равнозначен неучастию в борьбе политических партий за власть. Тот, кто решил быть «аполитичным», отличается, таким образом, нейтральностью, приостановкой электорально окрашенных мнений, добровольным неучастием в политической сфере. Однако у этого термина есть и второе значение: отсутствие политической значимости. Не всё, что делает политик, можно прочитать в политическом ключе. Когда он принимает душ, навещает родителей или готовит для друзей, политик аполитичен. То есть он такой же человек, как и все люди.

И всё же поводом для удивления или законного раздражения становится то, что политики ведут себя «аполитично» именно тогда, когда занимаются политикой. Это лишительное «а», с которого начинается рассматриваемое слово, иногда может обозначать — особенно на румынской общественной сцене — способ заниматься «политикой» без «полиса», без заботы о «государстве», с мотивациями, не имеющими ничего общего с интересами сообщества. У меня такое ощущение, что у нас большинство политиков «аполитичны» именно в этом смысле. Политика для них — доступное средство приобрести власть, а власть — оптимальное средство получить влияние, состояние, публичную заметность (полезную для собственного тщеславия или для выгодного украшения CV). Никакой связи с «полисом», с общественным организмом.

Очень многие наши политики вступают в политическую борьбу под воздействием сугубо личных аффектов: идолопоклонства перед одним начальником, ненависти к другому, жажды мести, страха перед Правосудием, групповой солидарности и т. д. Какой-то либеральный депутат Европарламента когда-то из-за президента страны не получил должность министра. Ergo: он ведёт антиепрезидентскую политику. Какой-то художник не получил мастерскую от мэра столицы. Ergo: он станет союзником всех, кто выступает против мерзавца, независимо от того, что тот предпримет. Поклонник такого-то политика за одну ночь превращается в смертельного врага того же человека, потому что его сняли с важной должности. Либерал последнего призыва, услужливый и громогласный, внезапно оборачивается против своего партийного президента просто потому, что ему не уделяют столько внимания, сколько он хотел бы, или потому, что он рассчитывает на преимущества другого союза. Другой не может простить бывшему «коллеге», что тот победил его на выборах председателя своей политической организации. Личная неприязнь, зависть, ревность, карьерный расчёт, безмерное честолюбие, память о каком-нибудь старом конфликте, мелкие закулисные неудовлетворённости, борьба за одну и ту же должность и прочие подобные «человеческие», слишком человеческие психофизиологические обстоятельства становятся подоплёкой политического действия, скрытым двигателем поверхностных «убеждений», аргументацией союза или разрыва. Риторика — «политическая», подоплёка — эгоцентричная. Слова интенсивны и радикальны, источник их — нечистое брожение, болото реваншистских побуждений. Я уже не говорю об инфляции продвижений по службе на основе родства и сговора, о создании законов, задуманных ради личных или групповых выгод, или об электоральных манипуляциях посредством хорошо финансируемых пресс-служб, чтобы собственный образ был райским, а образ противников — зловонным.

Такой тип поведения, хотя и разворачивается в пределах «политической» жизни, по определению аполитичен, поскольку выносит за скобки жизнь государства, императив «общего блага». Разумеется, я не выступаю за политиков без костей, из которых был бы устранён всякий след человеческой чувствительности и частного балласта. Вопрос в мере, во внутренней силе не предпочитать себя, когда на кону стоят государственные дела. Никто, повторяю: никто из тех, кто из года в год суетится в коридорах отечественной Власти, не даёт мне ощущения, что обладает такой силой. Все они — второсортные слуги собственной судьбы. То есть аполитичны.

https://www.dilema.ro/situatiunea/alt-tip-de-apolitism